ЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ АНАЛОГИИ ПРАВА И АНАЛОГИИ ЗАКОНА ПРИ ПОЛУЧЕНИИ СРЕДСТВ МАТЕРИНСКОГО КАПИТАЛА

       Котельников А.В. – помощник адвоката Дмитриенко М.А.

      Тактической прикладной целью принятия Федерального закона «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (далее – Закон о материнском капитале) является, согласно преамбуле закона – создание условий, обеспечивающих достойную жизнь семьям, имеющим детей, с помощью комплекса мер административной, финансовой, социальной поддержки.

       В стратегическом плане данный Федеральный закон должен помочь разрешить острейшую социальную, демографическую проблему России – стимулирование рождаемости. 

       Исходя из круга задач, которые должен решать рассматриваемый нормативный акт – это очень нужный и полезный закон.

       Однако, несмотря на многочисленные изменения, которые Закон о материнском капитале претерпел с момента принятия, практика применения и по настоящий момент продолжает выявлять его недостатки, не позволяющие полноценно и универсально реализовывать поддержку всех субъектов, на которых направлено действие закона.

       Одним из особенно «актуальных» в практике применения Закона о материнском капитале недостатков является –  неурегулированность отношений, связанных с термином объект индивидуального жилищного строительства, применяемым в качестве критерия при принятии решения о выдаче средств материнского капитала на цели реконструкции жилья.

       Особенно остро эта неурегулированность проявилась в отношении претендентов на получение материнского капитала, проживающих в одноэтажных двухквартирных жилых домах частного сектора, состоящих из двух отделных жилых блоков, разделенных друг от друга одной общей капитальной стеной, причем каждый из жилых блоков предназначен для проживания одной семьи.

       Суть вопроса легко демонстрируется на следующем примере.      

       Закон о материнском капитале, согласно статей 7 и 10, позволяет использовать  средства материнского капитала на реконструкцию объекта индивидуального жилищного строительства, осуществляемого заявителем без привлечения строительных организаций и в целях улучшения жилищных условий.

       Четкого и внятного определения термина объект индивидуального жилищного строительства не содержит ни один нормативный акт современного российского законодательства.

       Таким образом возникает неопределенность – что же, в целях принятия решения о выдаче средств материнского капитала на реконструкцию жилья, считать объектом  индивидуального жилищного строительства.

       Местные подразделения пенсионного фонда России, при принятии решения по вышеуказанному вопросу, выходят из образовавшейся коллизии следующим образом.

       За основу берется нормативный акт, в котором термин объект индивидуального жилищного строительства описан с максимально большим количеством характеризующих его признаков, в нашем случае это статьи 48 и 49 Градостроительного кодекса РФ.

       Согласно указанных статей Кодекса объект индивидуального жилищного строительства должен соответствовать следующим признакам – это должен быть отдельно стоящий жилой дом, с количеством этажей не более чем три, предназначенный для проживания одной семьи.

       Затем, основываясь на описательных признаках исследуемого термина, проводится сопоставление жилья получателя средств материнского капитала на соответствие этим признакам.

       Если жилье подходит под указанные признаки – принимается решение о выдаче денег получателю. В случае, если жилье не соответствует признакам  – то принимается решение об отказе в выдаче денег на реконструкцию жилья.

       В вышеописанную схему рассмотрения заявления об использовании средств материнского капитала на реконструкцию жилья в целях улучшения жилищных условий попала одна из получательниц материнского капитала в Усть-Абаканском районе Республики Хакасия.

       Естественно, она получила отказ в выдаче денег в ответ на свое заявление, так как ее жилье – это один из блоков, «квартира», в двухквартирном жилом доме, с прилегающими приусадебными участками для каждой из «квартир».

       Свой отказ местное подразделение пенсионного фонда мотивировало тем, что формально жилье заявительницы не соответствует термину объект индивидуального жилищного строительства по двум, согласно статей 48 и 49 Градостроительного кодекса, признакам:

       1) «…отдельно стоящий жилой дом» – по причине наличия общей капитальной стены с соседями;

       2) «…предназначенный для проживания одной семьи» – поскольку, в понимании пенсионного фонда, само название жилья – «квартира в двухквартирном жилом доме» – предполагает проживание в доме более, чем одной семьи.

       Скорее всего, в аналогичном положении оказываются многие получатели материнского капитала, проживающие в аналогичных домах.

       Таким образом, из оборота по выдаче средств материнского капитала оказывается исключенным целый пласт населения России, так как такие двухквартирные дома в районах старой одноэтажной застройки скорее правило, чем исключение.

       Абсурд рассматриваемой ситуации заключается в том, что на бытовом уровне все прекрасно понимают, что по сути своей, и архитектурно, и функционально, вышеуказанное жилье ничем иным, как индивидуальным жилым домом не является.

       Но наличие общей капитальной стены с соседями, и проведение объекта по учету в УТИ как «квартиры» в двухквартирном жилом доме – сводят на нет все попытки получить материнский капитал в обычном порядке.

       В целях решения своей проблемы, и получения средств материнского капитала для улучшения жилищных условий своих троих малолетних детей, наша получательница материнского капитала обратилась в Усть-Абаканский районный суд.

       Свое исковое заявление о признании решения об отказе в выдаче ей средств материнского капитала незаконным и об обязании разрешить перевод средств материнского капитала она мотивировала следующими доводами.

       Поскольку термин объект индивидуального жилищного строительства законодательно не определен как понятие, то, следовательно, его в таком виде нельзя применять универсально во всех правовых актах.

       Рассматриваемый термин встречается только в ст. 48  «Архитектурно-строительное проектирование» и ст. 49 «Государственная экспертиза проектной документации …» Градостроительного кодекса.

       Из названий и содержания указанных статей следует, что они регулируют узко специфичную деятельность, не имеющую никакого отношения к проблемам выдачи материнского капитала, а именно – проектирование в рамках градостроительной деятельности.

       Следовательно, термин объект индивидуального жилищного строительства, в том смысле, в каком его раскрывают вышеуказанные статьи, является не понятием Градостроительного кодекса, подлежащим универсальному применению,  а только  набором признаков, по которым определяют необходимость проведения проектных работ при строительстве.

       Применение указанного термина при принятии решения о выдаче средств материнского капитала неправомерно, так как в силу своей узкой специфичности он применим только в отрасли градостроительного права.

       Следуя преамбуле и статье 2 Закона о материнском капитале, которые устанавливают дополнительные меры государственной поддержки по улучшению жилищных условий, можно сделать вывод, что Закон о материнском капитале, в контексте рассматриваемого вопроса, регулирует отношения по пользованию гражданином жилым помещением, в процессе которого удовлетворяется его потребность в жилье.

       Основываясь на вышеприведенном выводе, и руководствуясь статьей 4 Жилищного кодекса РФ, можно утверждать, что отношения, которые затрагивает Закон о материнском капитале, являются жилищными отношениями и подлежат урегулированию положениями Жилищного кодекса РФ.

       При этом, продолжает оставаться без ответа вопрос – неясно, что в целях применения Закона о материнском капитале считать объектом  индивидуального жилищного строительства.

       То есть, налицо правовая неурегулированность – законодательно не определен критерий, относительно которого местное подразделение пенсионного фонда должно принимать решение о получении держателями средств материнского капитала права распорядиться деньгами.

       Ясно только то, что объект недвижимости истца должен соответствовать признакам термина объект индивидуального жилищного строительства, который законодательно не определен.

       Основываясь на статье 7 Жилищного кодекса РФ, истец заняла позицию о применении в ее случае судом аналогии права и аналогии закона, так как в силу указанной статьи кодекса в случаях, если жилищные отношения не урегулированы жилищным законодательством или соглашением участников таких отношений, и при отсутствии норм гражданского или иного законодательства, прямо регулирующих такие отношения, к ним, если это не противоречит их существу, применяется жилищное законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

       При невозможности использования аналогии закона права и обязанности участников жилищных отношений определяются исходя из общих начал и смысла жилищного законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, гуманности, разумности и справедливости.

       В нашем случае аналогией закона, то есть понятием, которое максимально близко по содержанию к термину объект  индивидуального жилищного строительства, и которое возможно использовать в целях Закона о материнском капитале, является понятие Жилищного кодекса – жилой дом.

       Более того, законодатель, при формулировании термина объект  индивидуального жилищного строительства использовал понятие Жилищного кодекса – жилой дом, но с добавлением признака «отдельно стоящий», который отсутствует в случае истца.

       По техническому паспорту жилье истца, несмотря на общую капитальную стену с соседями, полностью соответствует понятию Жилищного кодекса жилой дом:

       1) является индивидуально-определенным зданием, так как по учету в УТИ обособлен и числится отдельно от соседской половины дома;

       2) состоит из комнат и помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения бытовых нужд, связанных с проживанием в таком здании;

       3) расположен на обособленном земельном участке.

       В силу вышеуказанных признаков, в целях применения Закона о материнском капитале, правомерно считать жилье истца «отдельно стоящим».

       Формальное название жилья истца – квартира – не является препятствием, чтобы считать его жилым домом, так как согласно требованиям Жилищного кодекса квартирой признается обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме.

       Жилье истца не имеет помещений общего пользования с соседями, все вспомогательные помещения, необходимые для удовлетворения бытовых и иных нужд, связанных с проживанием в доме – индивидуальны для истца и не предполагают доступа соседей в силу обособленности.

       Аналогией права, то есть отношениями, которые определяются исходя из общего  смысла жилищного законодательства и требований добросовестности и разумности, является то, что помимо формальных признаков соответствия жилья истца предъявляемым критериям, очевидно, что истец добросовестно и сознательно для себя обособляет и индивидуализирует свое жилье – свою половину дома, реконструирует и улучшает ее чтобы повысить качество проживания свое и своих детей, но не соседей.

       Таким образом, вся совокупность признаков жилья истца (расположение на обособленном земельном участке, полная автономность от соседей, отсутствие помещений общего пользования с соседями) позволяет считать это жилье отдельно стоящим жилым домом, соответствующим признакам термина объект  индивидуального жилищного строительства.

       Усть-Абаканский районный суд согласился с приведенными доводами истца, и 13 июля 2011 г. вынес решение об удовлетворении требований, изложенных в исковом заявлении.

       Кассационным определением от 25 августа 2011 г. по делу № 33-2018/2011 Верховный Суд Республики Хакасия поддержал решение районного суда.

       Подводя итог написанному, можно еще раз повториться в мысли, что Федеральный закон от 29.12.2006 г. №  256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» не охватывает своими положениями весь возможный спектр жизненных ситуаций, для того чтобы использование средств материнского капитала именно с практической точки зрения имело смысл, без вреда финансовым и социальным интересам матерей.

       В качестве практического шага по совершенствованию законодательства предлагается обратиться к одному из субъектов законодательной инициативы с целью инициировать внесение соответствующих поправок в Федеральное законодательство.

03 октября 2011 г.                                                                                       А.В.Котельников